Почему я не согласен с марксистами

Коммунисты сегодня утратили свою былую популярность, и в ближайшее время не только их приход к власти крайне маловероятен, но даже и минимальное участие во власти (например, преодоление 7-процентного барьера на выборах в Госдуму) под вопросом.

Однако марксистские идеи то и дело всплывают в программах и публичной риторике разных политиков и партий.

Мечты об идеальном или просто более справедливом обществе и строе, нежели те, которые есть сейчас, наверное, неискоренимы. А марксизм привлекателен тем, что он сумел обрисовать довольно четкие очертания такого идеального строя и предсказал не просто возможность, а неизбежность его построения.

Поэтому имеет смысл показать, по каким причинам марксистский идеал кажется привлекательным только на первый, самый поверхностный взгляд, а также почему его достижение не только невозможно, на даже и теоретически нежелательно.

Краеугольным камнем марксизма является идея о поступательном развитии общественных отношений, которое неразрывно связано с развитием производительных сил. То есть чем боле развиты производительные силы (иными словами, чем выше технический уровень и структурная сложность цивилизации), тем прогрессивнее общественные отношения.

Многие и сегодня верят, что история человечества развивается поступательно. "Первобытнообщинный строй - рабовладельческий строй - феодализм - капитализм - социализм - коммунизм" - эту цепочку мы твердо заучили еще в школе, и в новых учебниках она воспроизводится лишь с незначительными изменениями.

Однако эта схема выглядит стройной, только если совсем не обращать внимания на факты реальной истории.

Прежде всего, нетрудно установить, что на земле всегда существовало рабство, но никогда не было длительной эпохи под названием "рабовладельческий строй". Сравнительно короткие периоды, когда основную часть общественного продукта производили рабы, в истории бывали, но они отнюдь не совпадают с рамками рабовладельческого строя. И понять, почему марксисты относят расцвет Афин и закат Римской республики к рабовладельческому строю, развитое крепостничество в России - к феодальному, а основанную на рабстве экономику Южных Штатов США - к капиталистическому, совершенно невозможно.

И точно так же можно сказать, что не существует в природе единого первобытнообщинного строя. В первобытной экономике бытуют разные способы производства и распределения продукта, а также и разные общественные отношения.

Можно сказать, что существуют только два основных типа экономических и общественных отношений, плюс один дополнительный. Это социализм, где присвоением и распределением основной части общественного продукта ведает верховная власть с ее аппаратом, и капитализм, где распределение общественного продукта осуществляется путем прямого и опосредованного обмена между производителями и потребителями.

Феодализм можно считать дополнением к социализму, но его особенность в том, что распределением управляет не аппарат верховной власти, а иерархия полусамостоятельных властителей, которые подотчетны вышестоящим лишь отчасти.

И эти две с половиной формации не вытекают друг из друга и не следуют друг за другом, а соседствуют и сосуществуют н всем протяжении человеческой истории. В одних первобытных племенах главную часть добычи распределяет вождь со своими подручными (типичный социализм), в других львиную долю забирают доминантные мужчины, которые раздают излишки по своему усмотрению (классический феодализм), а в третьих господствует стихия свободного обмена.

Советский Союз с его реальным социализмом ничем принципиально не отличается от Древнего Египта или Древнего Китая. А Римская Империя была таким же царством свободной торговли, как и современная Америка.

Самый важный вывод, который из этого следует - то, что общественно-экономические отношения ни с какой стороны не зависят от развития производительных сил. Эти области попросту не пересекаются. И социализм, и капитализм возможны как на основе ручного труда, так и с самыми совершенными машинами, как с копьями и луками, так и с ядерными ракетами.

Больше того, ни та, ни другая формация никогда не встречается в чистом виде. Они всегда сосуществуют в одном и том же обществе. Вопрос лишь в преобладании. В самой капиталистической стране налогово-бюджетные отношения строятся по социалистическому принципу, а в самой социалистической стране существуют элементы капитализма.

Практика показывает, что общества, где капитализм преобладает над социализмом, развиваются более эффективно - но это отдельная тема. Главное - что нет никаких оснований считать, будто в информационную эпоху должны появиться какие-то новые общественные формации, а не сохранятся те, которые пережили охотничью, аграрную и индустриальную эпоху.

При любом развитии производительных сил будут существовать дефицитные ресурсы, и распределять их можно только двумя способами - капиталистическим (горизонтальным) и социалистическим (вертикальным).

Таким образом, коммунизм (идеал, о котором говорят марксисты) - это утопия, которая в принципе не может быть реализована.

Но может быть, имеет смысл стремиться к этому идеалу (как мы стремимся ко многим другим идеалам без надежды на их достижение) - например, чтобы сделать наш мир если не совсем справедливым, то хотя бы более справедливым, чем теперь?

И опять-таки - нет и нет!

Если капитализм справедливо называют "обществом равных возможностей", то коммунизм - это общество равных результатов.

Краеугольный камень коммунизма - это принцип: "От каждого по способностям, каждому по потребностям". То есть принцип произвольности в труде и равенства в потреблении благ.

Нетрудно заметить, что этот идеал прямо противоречит самой природе человека. Человеческое общество иерархично, и человеку свойственно стремление подняться выше в иерархии. Приобрести больше власти, больше денег, больше славы - иными словами, больше значимости в глазах окружающих. И вот именно эту едва ли не главную потребность человека марксистский лозунг "каждому по потребностям" полностью игнорирует. Дать всем по потребностям власти и славы невозможно в принципе, и даже открыть всем равно широкие возможности из тех, что в нашем обществе дают деньги - тоже не получится. Не хватит никаких ресурсов и производительных сил.

Именно поэтому многие марксисты утверждают, что при коммунизме будут жить другие люди, обладающие более высокой сознательностью. Но тем самым они проповедуют идеализм, признавая, что "сознание определяет бытие", а не наоборот.

Один из умнейших современных марксистов и последовательных материалистов - А. Хоцей - утверждает нечто прямо противоположное: что люди при коммунизме будут ничем не лучше, чем сейчас. Но в таком случае кому-то со стороны или сверху придется ограничивать те потребности, которые невозможно удовлетворить - а это противоречит марксистской догме о коммунизме, как обществе всеобщего счастья. Скорее получится нечто вроде картины, описанной в романе Войновича "Москва-2042", где некие властные структуры указывают человеку, какие потребности у него есть, а каких нет и быть не может.

И наконец самое важное. Общество равных результатов лишено каких бы то ни было стимулов к развитию. Всеобщее равенство означает отсутствие разницы потенциалов, торжество энтропии, смерть. И видеть такое общество очень не хотелось бы даже в качестве гипотетического идеала.

М. Кузнецов